– Волшебное Дитя! Ну черт возьми! – сказал он, обхватил ее своими ручищами и крепко обнял.

Он с первого взгляда понял, что эти двое трудом на жизнь не зарабатывают, а личности у них такие, что и вообще не запомнишь. Оба выглядели примерно одинаково, только физиономии разные и сложения отличного. В памяти задерживалось только то, как они себя держали.

Один был повыше, но стоило от них отвернуться, и ни за что не скажешь который.

Джеку Уильямсу такие уже попадались. Инстинктивно, даже не морочась мыслительным процессом, он понял: эти люди сулят неприятности. У одного на плече ехал длинный кофр. Человек нес его легко, будто кофр продолжал плечо.

Джек Уильямс человек был немаленький: за шесть футов ростом, а весу поболе двухсот фунтов. О его крутизне в этих краях Восточного Орегона легенды слагали. Люди, задумавшие недоброе, как правило, держались от Билли подальше.

В наплечной кобуре Джек Уильямс носил большую блестящую пушку 38-го калибра. На поясе ему таскать оружие не нравилось. Обычно он шутил, что не любит, если рядом с яйцами болтается столько железа.

Ему исполнился сорок один год, и он был в самом расцвете.

– Волшебное Дитя! Ну черт возьми! – сказал он, обхватил ее своими ручищами и крепко обнял.

– Джек! – ответила она. – Вот громила!

– Я по тебе скучал, Волшебное Дитя, – сказал он.

Они с Волшебным Дитя несколько раз еблись, и он неимоверно уважал ее быстрое худенькое тело.

Она ему очень нравилась, только иногда его вводило в робость и поражало, насколько она похожа на мисс Хоклайн. Они выглядели так одинаково, что сошли бы за близнецов. Все в городке это замечали, но поделать ничего не могли, а потому махнули рукой.